ГЛАВА LIII. О том, как Инга Юпанге выступил из Куско и о том, что он совершил.

ТАКИМ ОБРАЗОМ разносилась слава об Инге Юпанге по земле, что повсюду говорилось о его великих деяниях. Многие, не видя ни знамени его, ни военачальника, прибыли познакомиться с ним, предлагая себя ему в вассалы и утверждая в своих речах, что, верно, с неба спустились его предки, коль скоро они умели жить с таким порядком и честью. Инга Юпанге же, не утратив своей серьезности, отвечал им с мягкостью, что он не желал причинить оскорбления ни одному народу, если бы они не пришли оказать ему повиновения, ибо Солнце так хотело и повелело. И, так как он вновь призвал воинов, то выступил со всею тою силой в ту [землю], которую называют Кондесуйо, и подчинил янагуаров [yanaguaras] и чумбивильков [chumbivilcas], и с некоторыми провинциями этой области Кондесуйо у него были упорные сражения; но, хоть они и оказали ему сильное сопротивление, его усилия и мудрость были таковы, что, после того, как они понесли ущерб и многие погибли, они подчинились ему, признав его за владыку, как делали остальные. И, установив в той земле порядок, поставив касиков из местных жителей и приказав им не чинить ни обид, ни вреда [этим] своим подданным, он вернулся в Куско, назначив сначала губернаторов в основные области, дабы они установили среди местных жителей порядок, который у них должен был быть, касательно и их образа жизни, и того, как ему служить и строить свои селения вместе, и чтобы всюду царила слаженность, без того, чтобы кто-нибудь был обижен, хотя бы и был из самых бедных.

Рассказывают также, что вслед за этим он отдохнул в Куско лишь несколько дней, ибо хотел самолично идти в Анды, куда он послал своих предводителей и разведчиков для того, чтобы они осмотрели ту землю и известили его об образе жизни, что вели жители ее; и поскольку, согласно его распоряжению, все королевство было полно хранилищ с припасами, он приказал, чтобы вдоль всего пути, коим он будет следовать, шло бы обеспечение всем необходимым. Так и было сделано; и, вместе с военачальниками и воинскими отрядами, он выступил из Куско, где оставил своего губернатора, чтобы вершить правосудие, и, преодолев горы и заснеженные хребты, узнал от своих лазутчиков о том, что ожидало его впереди, и о больших зарослях в горах; и хотя им встречались змеи необычайной величины, что водятся в этих чащах, они не причиняли никому вреда, и те пугались, видя, сколь свирепыми и чудовищными они были.

Когда жители тех областей узнали о приходе в их землю Инги, [о том,] как уже многие из них рукою его военачальников были приведены к покорности; они пришли к нему на поклон, неся ему дары в виде множества перьев птиц и коки, и всего того, что ещё было в их земле, и он много благодарил за это всех. Из прочих индейцев, что населяли те горы, те, кто захотел быть его вассалами, направили к нему посланцев, те же, которые нет, оставили свои селения и вместе со своими женами попрятались в горных чащах.

Инга Юпанге получил важную весть о том, что на расстоянии нескольких дней пути на восток лежала большая земля и, к тому же, весьма населенная. С этой новостью, возжаждав открыть ее, он направился вперед; но, получив известие о том, что в Куско имели место некие беспорядки, он, уже успев привлечь на свою сторону народ, который называют маркапата [Marcapata], вернулся с большой поспешностью в Куско, где провел несколько дней.

После этого, говорят индейцы, [случилось вот что]. Поскольку провинция Кольяо была столь велика, в те времена в ней было немалое число людей и господ, весьма могущественных, из местных жителей, и, как узнали они, что Инга Юпанге вступил в горы Анд, думая, что там он будет убит или же разгромлен, то договорились все вместе (от Вильканоты [Vilcanota] и далее вперед, с одной и другой стороны, соблюдая строжайшую тайну, [дабы] восстать и не быть под господством Ингов, говоря, что то было величайшим малодушием со стороны их всех, что столько земель, и столь огромных, находилось бы в подчинении у одного владыки, ведь были свободными их отцы и не пребывали в полоне. И все ненавидели власть, которую имел над ними Инга, хоть при том и не причинил он им никакого неудобства, не выказал плохого обращения, не устанавливал тирании и не позволял себе излишеств; и поскольку его губернаторы и представители не могли узнать о том [заговоре], они, собравшись все вместе в Атункольяо и в Чукуито, где уже находились Кари и Сапана, и Умалья [Humalla], и правитель Асангаро и многие другие, дали клятву, согласно своей слепоте что не отступятся от своего намерения и воплотят его в жизнь; и, дабы еще более скрепить клятву, они пили из одной чаши [482] все вместе и повелели, чтобы она была помещена в храме среди других священных предметов, дабы свидетельствовала она, что так было сказано. И потом они убили губернаторов и представителей, которые были в провинции, и многих орехонов, которые были среди них; и по всему королевству распространилась весть о восстании в Кольяо и о смерти, которую они причинили орехонам; и, после этого известия, решились испробовать то же и в некоторых других частях королевства, и во многих местах произошли восстания, что препятствовало порядку, который царил среди митимаев, и передаче известий губернаторам и, прежде всего, великая храбрость Топа Инги Юпанге [483], который царствовал с этого времени, как я еще скажу.