ГЛАВА XLIII. О том, как Кари вернулся в Чукуито, и о прибытии Виракоче Инги, и о заключенном между ними мире.

После смерти Сапаны, Кари захватил его лагерь и разграбил всё имевшееся в нём; с той добычей он и повернул к Чукуито и поджидал Виракочу Ингу; и он приказал подготовить постоялые дворы и снабдить их всем необходимым. В пути Инга узнал об окончании войны, и о том, что победил Кари, и хотя на людях он давал понять, что рад [этому], но в действительности произошедшее его опечалило, потому что при наличии разногласий между теми двумя, он думал легко [самому] стать повелителем Кольяо, и подумал о том, чтобы поскорее вернуться в Куско, дабы с ним не случилось какое-либо несчастье.

И когда он [Инга] уже был возле Чукуито, принять его вышли Кари со своими самыми знатными людьми, и они предоставили ему постой и хорошо ему прислуживали; но поскольку он желал вернуться побыстрее в Куско, то поговорил о многом с Кари, заискивая перед ним при помощи льстивых слов: и что он обрадовался его удаче, и что он со всею решимостью пришел к нему на помощь, и что в знак того, что он всегда будет его хорошим другом, он хотел дать ему в жены свою дочь. На что Кари ответил, он, мол, уже очень стар и весьма обессилен, [и] что он просил его о том, чтобы он выдал свою дочь замуж за [кого-нибудь из] юношей, ведь было из кого выбирать, и чтобы он знал, что он должен был считаться [его] правителем и другом, и признавать всё, что бы он ему не приказал; и тем самым, он помог бы ему в войнах и в других делах, какие бы он ему не предложил. А затем, в присутствии высшей знати, Виракоче Инга приказал принести большую золотую чашу, и между ними было заключено почётное соглашение [403] [y se hizo el pleito homenaje entre ellos] следующим образом: они отпили немного вина, имевшегося у женщин, а потом Инга взял вышеупомянутую чашу, и, поставив её на очень гладкий камень, сказал: "Знак да будет таков: пусть эта чаша останется здесь, и что ни я не сдвину её [отсюда], ни ты не прикоснёшься к ней, в знак того, что истинно то соглашение". И, целуя землю, они воздали почтение Солнцу, и устроили грандиозные таки и арейто со многими песнями [sones] [404] ; а жрецы, произнося определённые слова, перенесли вазу в один из своих пустых [405] храмов, куда клали подобные [предметы] клятв [406], произнесённых королями и правителями. И славно повеселившись в Чукуито несколько дней, Виракоче Инга вернулся в Куско, [при этом по пути] его повсюду хорошо принимали и обеспечивали [провизией].

И уже многие провинции стали союзниками, и носили лучшие одежды, и у них были лучше обычаи и верования, чем то, что было ранее, когда [начали] править по законам и обычаям Куско, где губернатором города остался Инга Урко [Inga Urco], сын Виракочи Инги, о котором рассказывают, что он был очень трусливым, медлительным, весьма порочным и неказистых достоинств; но так как он был самым старшим [сыном], то должен был получить в наследство империю своего отца [407] ; тот же, сказывают, узнав об этом, захотел лишить его владычества и отдать его Инге Юпанге [Inga Yupanguе], своему второму сыну, юноше, обладавшему хорошими манерами, весьма отважному, смелому и решительному, имевшему великие и возвышенные помыслы; но орехоны и знать города не хотели, чтобы нарушались законы, а также то, что было у них в обычае и соблюдалось с помощью распоряжения и постановления предков, и хотя они знали, сколь порочен был Инга Урко, они хотели, чтобы он и никто другой был королем после смерти своего отца.

И я рассказал об этом столь подробно потому, что те, кто мне об этом поведал, говорят, что из Уркоса [Urcos] Виракоче Инга [408] отправил своих вестников в город для того, чтобы они переговорили с ними об этом, и [что] он ничего не смог добиться из того, что хотел. А когда он вошел в Куско, ему был оказан пышный приём; но так как он уже был очень стар и обессилен, то решил оставить управление королевством своему сыну и вручить ему [королевскую] кисточку, [409] а самому удалиться в долину Юкай [Yucay] и в долину Хакихагуана [Xaquixaguana] отдохнуть и восстановить силы; вот поэтому он сообщил об этом [уходе] жителям города, так как ему не удалось [добиться] того, чтобы ему наследовал Инга Юпанге.