ГЛАВА XLIX. О том, как Инга Юпанге приказал Льоке Юпанге, чтобы он шел к долине Хауха с целью попытаться привлечь на свою сторону гуанков [los guancas] и йауйов [los yauyos [446]], их соседей, вместе с другими народами, проживающими в том краю.

После того, что было описано в прошлой [главе], орехоны рассказывают, что в виду такого своего могущества, король Инга приказал призвать людей, поскольку желал начать новую войну, куда важнее, чем предыдущие; исполнив его приказ, прибыли многие знатные [люди] с большим количеством людей, вооруженных на свой лад, кто пращами, кто топорами, кто маканами, айлью, дротиками и короткими копьями. Когда они собрались, он приказал устроить им угощения и празднества, и чтобы порадовать их, каждый день выходил в новом наряде или одежде, той, которую носил тот из народов, который он хотел в тот день почтить; и по прошествии оного он надевал другой [наряд], сообразно тому, что был у приглашенных на угощение и возлияние; и они тому радовались столько, сколь только возможным представляется здесь об этом сказать. Когда они устраивали эти роскошные танцы, площадь Куско ограждал золотой канат, который было приказано изготовить из того многого [золота], что платили в виде податей края (да так много, как я о том говорил ранее), и другую большую роскошь, [состоявшую] из статуй и старинных вещей.

[И предоставим им для отдыха столько] дней, сколько показалось необходимым Инге Юпанге, он сказал им, что хочет, чтобы они пошли к гуанкам [los guancas], и к йауйам [Yauyos], и [к] их соседям, чтобы пытаться привлечь [447] их на свою сторону и к себе на службу с помощью дружбы, а не войны, но если не удастся, то применить к ним последнюю, чтобы ловко [с ними] справится и одолеть их, и принудить их принять дружбу. Все они ответили, что охотно сделают так, как он им прикажет. Для каждого народа [племени] были назначены полководцы, а над всеми ними главным был Льоке Юпанге, и при нём, в качестве советника, Копа Юпанге [Copa Yupangue [448]]; и сообщив им о том, что [им] следовало совершить, они вышли из Куско и проследовали к провинции Андагуайлас, где были хорошо приняты чанками; и с ними вышел [в поход] полководец Анко Альо [Anco Allo [449]] с большим количество людей из той земли, дабы послужить на войне у Инги.

Из Андагуайлас они прошли к Вилькас, где находились постоялые дворы и храм Солнца, построенные по приказу Инги Юпанге, и со всею приветливостью они переговорили с теми, кто разбирался в тех работах. Из Вилькас они проследовали через селения Гуаманга [Guamanga], Асангаро [Azangaro], Паркос [Parcos], Пикой [Picoy], [450] Акос [Acos] и другие, уже выразившие повиновение Инге, и снабжавшие [его войска] продовольствием и всем тем, что у них в селениях было, и они строили, как им было приказано, длинную и очень широкую королевскую дорогу.

Жители долины Хауха, узнав о прибытии врагов, испугались и добились поддержки у своих родичей и союзников, и в своём храме Гуаривилька [Guarivilca] совершили пышные жертвоприношения дьяволу, оттуда им отвечавшему. Когда к ним подоспела помощь - а их собралось множество, - ведь говорят, что их было более сорока тысяч человек, а сейчас не знаю, наберётся ли их хотя бы двенадцать тысяч, как раз прибыли полководцы, чтобы стать лагерем над долиной. Они хотели добиться расположения гуанков без [объявления] войны, и чтобы те захотели пойти в Куско признать короля в качестве правителя; и общеизвестно, что они направили к ним вестников. Но ничего не добившись, они принялись за рукопашную и между ними завязалось крупное сражение, в котором, сказывают, погибло много [человек] как с одной, так и с другой стороны, но победителями вышли [войска] из Куско; и благодаря здравому уму Льоке Юпанге, он не допустил, чтобы был нанесён вред долине, предотвратив грабежи, и приказав освободить пленных; вот почему гуанки, узнав о благодеянии и о милосердии, с каким те обычно обращались с побежденными, пришли на переговоры с ними и пообещали жить отныне и навсегда по установленному королями Куско порядку, и платить подати из того, что имелось в их долине; и проходя через их поселки по склонам, они засеяли их, но не разделили, до тех пор, пока король Гуайнакапа не назначил каждой общине то, что у нее должно было быть; и были отправлены вестники.